Когда Дамиго был маленьким, он жил где-то между лесными тропами и облаками. Никто не знал, откуда он пришёл. За плечом у него висел потёртый красный бархатный мешочек, а сам он привык держаться подальше от людей: слишком уж часто на него смотрели как на странного зверька, а не как на того, кого можно позвать к столу.
Однажды вечером он услышал из открытого окна смех. Потом — сухой, уютный стук плиток о деревянный стол. Потом почувствовал запах тёплого травяного чая. Дамиго долго сидел под окном и пытался понять, почему люди внутри будто становятся добрее всякий раз, когда берут в руки эти маленькие плитки.
На следующий вечер одна плитка исчезла.

Дамиго утащил её в свой мешочек и долго пытался повторить увиденное: раскладывал перед собой, переворачивал, даже усадил напротив сердитую дворовую собаку. Ничего не произошло. Он решил, что одной плитки мало.

Потом исчезла вторая.
На третьей попытке его поймали.

Дамиго метнулся к окну, зацепился хвостом за низкую табуретку и с грохотом растянулся посреди комнаты. Из мешочка покатились украденные плитки. Семья замолчала. Кто-то нахмурился. Бабушка предложила, раз уж воровать умеет, пусть теперь хотя бы помогает в саду. А ребёнок молча поднял красный мешочек и протянул его Дамиго обратно.

Отец семейства посмотрел на старого мастера, своего отца, и сказал:

— Хитрости у него хватает. Значит, можно научить думать.

Но за стол Дамиго всё ещё не садился. Он стоял у стены, опустив уши, пока старый мастер не поставил рядом с собой ещё одну чашку.

— Иди сюда. Чай остынет.

Так Дамиго впервые понял, что приглашение иногда звучит совсем тихо.